ბიბლიური წინასწარმეტყველები

http://www.maranat.de/agr_01_12.html

ბიბლიური წინასწარმეტყველები

ღმერთს არ უნდა უკანონო ბოროტ მოძალადეთა ძღვენი და მსხვერპლი.არ უნდა ასეთების მიერ რიტუალების შესრულება. ადამიანები უნდა განიწმინდნენ, მათ უარი უნდა თქვან ბოროტებაზე და აკეთონ სიკეთე. მათ უნდა ეძებონ სიმართლე,უშველონ ჩაგრულს,დაიცვან ობოლი და ქვრივი.  არაფერი ეშველება გულგრილს და ოხერს,იმას ვინც არ შველის და იცავს ჩაგრულს,სუსტს,ობოლს და ქვრივს,.         ასეთია ისაიას ღმერთის ნება!    რწმენა უპირველეს ყოვლისა არის ზნეობრივი ცხოვრება და შემოქმედისადმი  ერთგულება. უზნეო და ორგული ადამიანის ცხოვრება ღმერთის შეურაცხყოფაა.   Более пятидесяти пророков и пророчиц предстают перед нами в книгах Ветхого Завета. Среди них - духовный вождь израильтян Моисей и его сестра Мириам, судьи израильские Дебора и Самуил, цари Давид и Соломон, священник Иерусалимского Храма Иезекииль, придворный Исаия, простой пастух Амос. Об одних пророках мы узнаём из написанных ими самими книг, о других повествуют библейские сказания. Они жили в разные эпохи, принадлежали к разным сословиям, но при всей непохожести, у библейских пророков было много общего. В древнееврейском языке слову «пророк» соответствует понятие «нави» - призванный, вдохновленный Богом. Неожиданно для них самих, порой против собственной воли, пророки были призваны Богом, чтобы провозглашать его волю, быть его устами. «Дух Господа Бога на мне», - эти слова из книги Исаии (Ис., 61:1) точнее всего выражают мироощущение библейских пророков.   отя пророки вещали от имени Бога, они, в отличие от прорицателей античности, не теряли в самозабвенном экстазе свою индивидуальность. На деяниях и творениях библейских пророков лежит печать их дарований, характеров и жизненного опыта. В Ветхом Завете божественное откровение не просто передается людям через посредничество пророка, а преломляется в неповторимой личности избранника. Идолопоклонство, падение нравов, социальная несправедливость – вот характерные темы пророческих проповедей. Неистовые и бескомпромиссные глашатаи Господа часто оставались непонятыми, вызывали гнев владык, презрение и ненависть простолюдинов. Случалось, что цари преследовали пророков и бросали их в темницы, враждебно настроенные толпы поднимали их на смех, побивали камнями, изгоняли из городов. Но пророки, которых можно назвать первыми в мире диссидентами и, несмотря на яростный накал их речений, первыми гуманистами и защитниками прав человека, продолжали бестрепетно нести свою миссию. Единственное, что их по-настоящему устрашало, - оказаться недостойными Божественного призвания. Роль иудейских пророков в становлении христианских верований огромна: ведь именно они предсказали грядущее явление мессии – спасителя человечества, посредника между Богом и людьми. Мессианские идеи, возникшие в недрах иудаизма, стали краеугольным камнем новой религии - христианства. Пророки говорили о мессии как о человеке, избранном Богом («мессия», в переводе с иврита и с арамейского, означает «помазанник», т.е. избранник); они видели в нем идеального царя, нового Давида, но ни в коем случае не провозглашали его богочеловеком и сыном Всевышнего. Тем не менее, все, иногда весьма туманные и неконкретные, упоминания пророков о мессии стали трактоваться христианами как предсказания о пришествии Сына Божьего Иисуса Христа и принятых им ради спасения людей страданиях (слово «Христос» также переводится с греческого как «помазанник»). Кроме того, статус пророчества получила в христианской традиции любая фраза ветхозаветных писаний, которую можно истолковать как предвосхищение событий, описанных в Евангелиях. Так, слова пророка Иеремии, оплакивающего разрушение Иерусалима, воспринимаются как предсказание крестных мук Иисуса: «Вы все, кто проходит (этим) путем, обратитесь и посмотрите, есть ли где еще боль, как боль моя?» (Плач Иер., 1:12). Без постоянных ссылок на пророков, без размышлений над каждым их словом немыслимо христианское богословие. Наследие пророков так глубоко вошло в европейскую культуру, что, повторяя их образные и емкие фразы, мы зачастую забываем об источнике. Многие ли помнят, что прекрасные слова, начертанные на стене у здания ООН в Нью-Йорке: «Не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать», взяты из книги пророка Исаии (Ис., 2:4)? Один из самых почитаемых христианами библейских пророков - Илия (ок. 9 в. до н. э.). В ветхозаветных преданиях (3-я и 4-я книги Царств) он предстает как неутомимый борец с идолопоклонством и ревнитель чистоты веры в единого Бога. История Илии полна чудесных событий. Упомянем лишь некоторые из них. Когда Бог в наказание за идолопоклонство наслал на вероотступников небывалую засуху, Илия скрывался у потаенного источника, а два ворона приносили ему пищу. Спасаясь от гнева греховной царицы Иезавели, пророк был вынужден уйти в пустыню, где его поддерживал и наставлял ангел. Илия совершал чудеса, очень похожие на те, о которых мы узнаем из Евангелий: он спас от голода бедную вдову из города Сарепты, сделав так, что мука в кадке и масло в кувшине не убывали, воскресил ее умершего сына, проходил по воде, словно по суше (перед ним расступились воды Иордана). Как у Иисуса, у него был верный ученик и последователь - пророк Елисей. Самое впечатляющее в этом сказании – вознесение Илии. На глазах у Елисея явилась посланная Господом огненная колесница, запряженная огненными конями, и «понесся Илия в вихре на небо» (4-я кн. Царств, 2:11).  Пророки были наставниками народа и советниками царей, политиками и трибунами, поэтами и мудрецами. Они были погружены не только в прорицания будущего и в прозрения сокрытых для простых смертных тайн божественного мироздания, но и в гущу событий своей эпохи. Пророки пламенно, подчас даже гневно обращались к своим современникам – сильным мира сего и обычным людям, неустанно разоблачали их греховность, укоряли за неправедные желания и поступки, взывали к их совести. иблейские пророки http://www.maranat.de/agr_01_12.html Более пятидесяти пророков и пророчиц предстают перед нами в книгах Ветхого Завета. Среди них - духовный вождь израильтян Моисей и его сестра Мириам, судьи израильские Дебора и Самуил, цари Давид и Соломон, священник Иерусалимского Храма Иезекииль, придворный Исаия, простой пастух Амос. Об одних пророках мы узнаём из написанных ими самими книг, о других повествуют библейские сказания. Они жили в разные эпохи, принадлежали к разным сословиям, но при всей непохожести, у библейских пророков было много общего. В древнееврейском языке слову «пророк» соответствует понятие «нави» - призванный, вдохновленный Богом. Неожиданно для них самих, порой против собственной воли, пророки были призваны Богом, чтобы провозглашать его волю, быть его устами. «Дух Господа Бога на мне», - эти слова из книги Исаии (Ис., 61:1) точнее всего выражают мироощущение библейских пророков. Хотя пророки вещали от имени Бога, они, в отличие от прорицателей античности, не теряли в самозабвенном экстазе свою индивидуальность. На деяниях и творениях библейских пророков лежит печать их дарований, характеров и жизненного опыта. В Ветхом Завете божественное откровение не просто передается людям через посредничество пророка, а преломляется в неповторимой личности избранника.

Микеланджело Буонарроти. Пророк Исаия. Фрагмент росписи плафона Сикстинской капеллы. 1511 г. Пророки были наставниками народа и советниками царей, политиками и трибунами, поэтами и мудрецами. Они были погружены не только в прорицания будущего и в прозрения сокрытых для простых смертных тайн божественного мироздания, но и в гущу событий своей эпохи. Пророки пламенно, подчас даже гневно обращались к своим современникам – сильным мира сего и обычным людям, неустанно разоблачали их греховность, укоряли за неправедные желания и поступки, взывали к их совести.

Идолопоклонство, падение нравов, социальная несправедливость – вот характерные темы пророческих проповедей. Неистовые и бескомпромиссные глашатаи Господа часто оставались непонятыми, вызывали гнев владык, презрение и ненависть простолюдинов. Случалось, что цари преследовали пророков и бросали их в темницы, враждебно настроенные толпы поднимали их на смех, побивали камнями, изгоняли из городов. Но пророки, которых можно назвать первыми в мире диссидентами и, несмотря на яростный накал их речений, первыми гуманистами и защитниками прав человека, продолжали бестрепетно нести свою миссию. Единственное, что их по-настоящему устрашало, - оказаться недостойными Божественного призвания. Роль иудейских пророков в становлении христианских верований огромна: ведь именно они предсказали грядущее явление мессии – спасителя человечества, посредника между Богом и людьми. Мессианские идеи, возникшие в недрах иудаизма, стали краеугольным камнем новой религии - христианства. Пророки говорили о мессии как о человеке, избранном Богом («мессия», в переводе с иврита и с арамейского, означает «помазанник», т.е. избранник); они видели в нем идеального царя, нового Давида, но ни в коем случае не провозглашали его богочеловеком и сыном Всевышнего. Тем не менее, все, иногда весьма туманные и неконкретные, упоминания пророков о мессии стали трактоваться христианами как предсказания о пришествии Сына Божьего Иисуса Христа и принятых им ради спасения людей страданиях (слово «Христос» также переводится с греческого как «помазанник»). Кроме того, статус пророчества получила в христианской традиции любая фраза ветхозаветных писаний, которую можно истолковать как предвосхищение событий, описанных в Евангелиях. Так, слова пророка Иеремии, оплакивающего разрушение Иерусалима, воспринимаются как предсказание крестных мук Иисуса: «Вы все, кто проходит (этим) путем, обратитесь и посмотрите, есть ли где еще боль, как боль моя?» (Плач Иер., 1:12). Без постоянных ссылок на пророков, без размышлений над каждым их словом немыслимо христианское богословие. Наследие пророков так глубоко вошло в европейскую культуру, что, повторяя их образные и емкие фразы, мы зачастую забываем об источнике. Многие ли помнят, что прекрасные слова, начертанные на стене у здания ООН в Нью-Йорке: «Не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать», взяты из книги пророка Исаии (Ис., 2:4)? Один из самых почитаемых христианами библейских пророков - Илия (ок. 9 в. до н. э.). В ветхозаветных преданиях (3-я и 4-я книги Царств) он предстает как неутомимый борец с идолопоклонством и ревнитель чистоты веры в единого Бога. История Илии полна чудесных событий. Упомянем лишь некоторые из них. Когда Бог в наказание за идолопоклонство наслал на вероотступников небывалую засуху, Илия скрывался у потаенного источника, а два ворона приносили ему пищу. Спасаясь от гнева греховной царицы Иезавели, пророк был вынужден уйти в пустыню, где его поддерживал и наставлял ангел. Илия совершал чудеса, очень похожие на те, о которых мы узнаем из Евангелий: он спас от голода бедную вдову из города Сарепты, сделав так, что мука в кадке и масло в кувшине не убывали, воскресил ее умершего сына, проходил по воде, словно по суше (перед ним расступились воды Иордана). Как у Иисуса, у него был верный ученик и последователь - пророк Елисей. Самое впечатляющее в этом сказании – вознесение Илии. На глазах у Елисея явилась посланная Господом огненная колесница, запряженная огненными конями, и «понесся Илия в вихре на небо» (4-я кн. Царств, 2:11).

Питер Пауэл Рубенс. Пророк Илия получает от ангела хлеб и воду. 1625-28 гг. Впрочем, своей особой ролью в христианском мире Илия обязан не только удивительной биографии, но и другому пророку, Малахии. Книга Малахии (кон.6 – сер. 5 в. до н. э.) завершается такими словами: «Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного» (Мал.,4:5). Это пророчество находит подтверждение в Новом Завете: евангелисты Марк, Матфей и Лука считают, что предшественник Иисуса Иоанн Креститель и есть Илия, сошедший с небес на землю. Те же евангелисты рассказывают, что когда Иисус на горе Фавор преобразился и предстал перед учениками в своем божественном облике,

явились пророки Моисей и Илия и беседовали с ним (Матф., 17:2,3; Мк.,9:4; Лук.,9:30). На картинах и фресках «Преображение» Илия и Моисей по традиции изображаются по обе стороны от Иисуса.

Дирк Баутс. Явление ангела пророку Илии. 1464-67 гг. Сцены из жизни Илии мы не часто встретим в западноевропейской живописи. Как мы убедимся позднее, в искусстве Западной Европы образы пророков чаще встречаются в произведениях монументального характера – статуях и настенных росписях, чем в работах живописцев. Очень трогательна картина нидерландского художника Дирка Баутса «Явление ангела пророку Илии» (1464–67 гг.). К безмятежно спящему на земле пророку приближается кроткий ангел и осторожно, даже бережно, прикасается к его плечу. На заднем плане мы снова видим Илию: ободренный ангелом, он уходит из пустыни навстречу новым испытаниям. В этой картине есть что-то подкупающе бесхитростное - ясные линии, чистые краски, светлое благостное настроение.

На Руси Илию почитают с давних времен. Вознесшийся в небо пророк обрел в народных представлениях черты древнего славянского бога грозы Перуна. «Гром гремит - значит, Илия-пророк на колеснице едет», - и поныне говорят в русских деревнях. Илье-громовержцу, которого считают подателем дождя и охранителем от пожаров, посвящено множество замечательных икон. На одних мы видим пророка, сидящего на камне у пещеры, и ворона, который несет ему хлеб, на других - Илию, внимающего речам ангела. Очень эффектны иконы на тему «Огненное восхождение пророка Илии». Их отличает редкая для русской иконописи динамика. В огненном вихре возносится в небо пророк, а вслед ему простирает руки потрясенный Елисей. Традиционно в посвященных Илии иконах доминирует цвет пламени - ярко-красный. Самое известное в древнерусском искусстве изображение Илии мы видим на великолепной иконе новгородской школы (нач.15 в.). Пророк с сурово сдвинутыми бровями и пронзительным, пристальным взглядом подобен грозному всемогущему божеству. Подробно историю жизни Илии (житие) русские иконописцы пересказывали в клеймах – небольших композициях, расположенных по всему периметру основной иконы. Интересно, что в западноевропейской живописи Илию изображали вполне благообразным мужем, в то время как на русских иконах он часто представлен в точности таким, каким описан в Библии: отшельник в подбитом овчиной плаще, «весь в волосах и кожаным поясом подпоясан по чреслам своим».

Икона «Пророк Илия». Кон. 14 - нач. 15 вв. В отличие от Илии, легендарного, почти сказочного героя, пророки-писатели, или книжные пророки, в большинстве своем предстают в Библии как реальные люди своего времени - 8-5 вв. до н. э. Но они тоже творили чудеса: этими чудесами были их книги, в которых отразилась поистине трагическая для еврейского народа эпоха. Книжные пророки стали свидетелями нашествия ассирийцев на Израильское царство, видели, как под натиском Вавилона пало другое еврейское государство - Иудея, как был разорен Иерусалим и разрушен Иерусалимский Храм; они были среди тех, кого вавилоняне увели с собой на чужбину. Каждый из пророков-писателей обладал своим видением мира, своим литературным стилем, но ярчайшими среди них были трое великих пророков – Исаия, Иеремия, Иезекииль. Их, а также Даниила, которого христиане также причислили к великим

пророкам и о котором мы поговорим позднее, чаще всего изображали европейские художники. Что же рассказывает нам о трех великих пророках Библия? Пророк Исаия (род. сер. 8 в. до. н. э.) жил в Иудее в те времена, когда страна была еще сильна, богата и спокойна. И хотя Исаия неустанно обличал греховность своих современников, он остается одним из самых светлых и оптимистичных мыслителей не только в библейской, но и во всей мировой истории. Исаия подарил человечеству картины исполненного божественной гармонии будущего, которое воцарится на земле после прихода мессии: «не будет ни зла, ни вреда на всей горе Моей, ибо земля наполнится Богопознанием, как море водою» (Ис.,11:9). Речь Исаии звучит мощно, торжественно, величаво. Пушкин, вдохновленный книгой Исаии, написал одно из своих лучших стихотворений – «Пророк» (1926 г.), вольное переложение 6-й главы, в которой Исаия повествует о том, как он был призван к пророческому служению. На долю пророка Иеремии (род. сер. 7 в. до н. э.) выпала горчайшая участь. Он предвидел, что вавилонский царь Навуходоносор вскоре двинется на Иудею, и призывал своих соотечественников добровольно подчиниться власти непобедимого владыки, чтобы избежать еще большей беды - полного уничтожения Иудейского царства. Эта непатриотическая позиция Иеремии, а также его мрачные пророчества о неминуемом падении Иерусалима, вызывали всеобщую ярость. Иеремию избивали, бросали в темницу, оставляли умирать в наполненном грязью рве, пытались убить. Но ему суждено было уцелеть во всех испытаниях, увидеть своими глазами катастрофу, постигшую Иудею, и оплакать разрушение Иерусалима: «Истощились от слез глаза мои, все горит во мне, когда дети и грудные младенцы умирают от голода среди городских улиц» (Плач Иер., 2:11). Трижды царь Навуходоносор угонял жителей покоренной Иудеи в Вавилон. В первой волне переселенцев был пророк Иезекииль (род. втор. пол. 7 в. до н. э.). Политическая трезвость и дальновидность (он призывал соплеменников не отчаиваться, надеяться на возвращение и терпеливо налаживать жизнь на новом месте) сочетались у него с вдохновенным пророческим даром. Видения Иезекииля – красноречивые, изобилующие таинственными символами, впитавшие фантастические образы вавилонской мифологии – легли в основу многих религиозных представлений иудеев и христиан. Такими предстают пророки в Ветхом Завете, и хотя среди историков не утихают споры об авторстве и времени создания пророческих книг (о том, например, какие позднейшие дополнения были внесены в первоначальные тексты, когда именно и кто вносил эти дополнения), мы намеренно не станем касаться этих сложных тем и будем воспринимать сочинения пророков целостно, как их веками воспринимали читатели Библии - европейские художники и их зрители. В древнерусском искусстве иконы с изображением пророков в основном создавались, начиная с 15 столетия. Дело в том, что в это время окончательно сложился особый тип алтаря – русский высокий иконостас. Он состоит из пяти ярусов (рядов) икон, и четвертый ряд традиционно посвящен ветхозаветным пророкам. На иконах этого ряда изображаются пророки, держащие в руках развернутые свитки со своими предсказаниями о пришествии мессии. На свитке Исаии, например, начертано: "Се дева во чреве приимет Сына". Икон в пророческом ряду иногда насчитывается более двадцати. В центре ряда помещают икону Богоматери с младенцем, поэтому фигуры пророков, обращенные к центральной иконе, часто развернуты влево или вправо.

Пророки Давид и Соломон. Фрагмент пророческого ряда. Посл. четв. 15 в. Пророческие ряды очень красивы. Плавные силуэты фигур, тонкие благородные лики, сложный ритм повторяющихся движений, драгоценные одежды, сияние насыщенных красок… Всем этим можно любоваться без конца. Но напрасно мы будем искать в иконах связь с конкретными библейскими образами. Как правило, изображения пророков почти ничем не отличаются друг от друга, кроме надписей на свитках, цвета одежд и отдельных деталей.

Так на головах Давида и Соломона мы видим царские венцы, у прочих знаком их избранности становится белая пророческая повязка на лбу. Лишь Иону можно безошибочно узнать по отличительному атрибуту – изображению сказочной рыбы (согласно библейскому сказанию, Иона оказался во чреве огромной рыбы в наказание за то, что пытался уклониться от своего пророческого служения). Иконописцы не стремились к какой-либо индивидуализации образов, их задачей было воплощение неких духовных символов. Важны были не персоны, а имена, за которыми стояли слова пророчеств. Эта традиция по сей день сохраняется в русской церковной живописи. В Средние века в искусстве стран Западной Европы пророки изображались так же обобщенно, как и на Руси (приведем в пример статуи, украшающие готические соборы). Но в эпоху Возрождения «библейские гуманисты» стали вдохновлять художников на создание характерных, полнокровных образов. Мастеров Ренессанса привлекали уже не символические фигуры прорицателей, предсказывавших явление мессии, а недюжинные личности, так выпукло представленные на страницах Библии. Этот интерес естественен. Ведь пророки обладали как раз теми чертами, которые столь высоко ценились в эпоху Возрождения: это были люди дерзновенные, творческие, стремящиеся к совершенству. Клаас Слютер. Колодец Моисея. Пророки Даниил (слева) и Исаия. 1395-1406 гг. Первое из подобных произведений – скульптурная композиция «Колодец Моисея» (или «Колодец пророков», 1395-1406 гг.) нидерландского мастера Клааса Слютера, работавшего во Франции. «Колодец Моисея» – не что иное, как уцелевшее до наших дней основание распятия, которое было установлено в монастыре Шанмоль в бургундском городе Дижоне. Двухметровый шестигранный постамент распятия окружен фигурами шести пророков, которые, как считают христианские богословы, предсказали смерть и воскресение Иисуса: это Моисей, царь Давид, Иеремия, Захария, Даниил и Исаия. Лица пророков выразительны каждое на свой лад. Могучий грозный Моисей, вдохновенный псалмопевец Давид, скорбный Иеремия, смиренный Захария, порывистый Даниил, погруженный в свои думы Исаия – люди разных возрастов и темпераментов, изображенные с максимальной достоверностью. Скульптор тщательно фиксирует каждую морщинку, каждый завиток волос. Учтем, что первоначально статуи были ярко расписаны и обладали еще большей жизненностью, чем сейчас. (Поразительная деталь: на носу Иеремии красовались медные позолоченные очки, которые скульптор специально заказал у местного ювелира.) Стиль Слютера искусствоведы иногда называют «готическим натурализмом», видя в нем не столько веяния Нового времени, сколько проявления эстетики позднего Средневековья. Но с этим мнением вряд ли можно полностью согласиться: как бы ни был Слютер дотошен в передаче подробностей, это не только реализм деталей, но и реализм образов. Пророки Слютера отличаются друг от друга не рисунком морщин и формой бороды, а прежде всего индивидуальностью. К сожалению, Дижон находится в стороне от основных туристических маршрутов, и «Колодец Моисея», который, к тому же, расположен на окраине города, известен публике гораздо меньше, чем он того заслуживает. А на современников мастера это произведение производило столь глубокое впечатление, что в 1418 г. папский легат (посланник Папы Римского) обещал отпущение грехов каждому, кто из благочестивых побуждений придет посмотреть на «Колодец Моисея». Донателло. Пророк Иеремия. Фрагмент. 1423-26 гг. Немного позднее прославленный флорентийский скульптор Донателло в свою очередь поразил современников, создав статуи пророков Иеремии и Аввакума (1427-1436 гг.) для колокольни собора Санта-Мария дель Фьоре. По свидетельству биографа итальянских художников Джорджо Вазари, Донателло представил в виде Иеремии и Аввакума точные портреты двух известных и всеми уважаемых флорентийцев. Причем портреты совершенно неприкрашенные. У Иеремии умное и волевое, но грубоватое лицо. Аввакум, при всей интеллигентности облика, очень некрасив, к тому же скульптор изобразил его совершенно лысым. Донателло настолько точно передал портретное сходство с прототипом, Джованни ди Кирикини, что, как рассказывает Вазари, скульптор, работая, обращался к статуе, словно к человеку: «Говори же, говори, чтоб ты лопнул!» Флорентийцы считали статую лысого Аввакума лучшим произведением Донателло, что, впрочем, не помешало им непочтительно прозвать ее Цукконе (Тыква). Вазари, как известно, любил пофантазировать, и возможно, не все в этой истории соответствует истине. Но и как легенда она очень красноречиво свидетельствует о том, насколько изменилось отношение к образам пророков в эпоху Ренессанса: статуи стали для художника поводом почтить достойных сограждан, как бы перенимающих доблесть библейских прорицателей. И этот дерзкий замысел был понят и высоко оценен его современниками. Донателло. Пророк Аввакум. 1423-26 гг. Однако как бы ни были хороши работы Слютера и Донателло, свое высшее развитие тема пророков получила у Микеланджело в его фресках на сводах Сикстинской капеллы (ок. 1511 г.). Художников и поэтов часто сравнивают с провидцами, но, возможно, никто из них не подошел так близко к пониманию пророческого дара, как Микеланджело, который был поистине одержим своим гением. Вдохновение владело им безраздельно, словно какая-то неземная сила избрала его, дала ему сверхчеловеческую духовную мощь и ни с чем не сопоставимый талант, чтобы он донес до людей высшие истины бытия. Микеланджеловские пророки – шедевр среди шедевров, и мы должны быть благодарны судьбе за то, что художник встретился с этой темой. Ведь могло случиться иначе: первоначально на боковых поясах сводов капеллы предполагалось разместить фигуры двенадцати апостолов, но позднее возник замысел изобразить ветхозаветных провидцев и сивилл - античных прорицательниц, которые, как считается в христианском мире, также предсказывали явление мессии. Расположение фигур подчинено строгой логике. Два пророка, Захария и Иона, представлены на главной оси Сикстинской капеллы. Фигура Захарии, пророка Страстей Христовых, помещена над дверью капеллы, которую римский папа торжественно открывает в воскресенье. Это символизирует описанный в Евангелиях вход Иисуса в Иерусалим в начале Страстной недели. Фигура Ионы, предрекавшего вознесение Иисуса, расположена над алтарем. С боков, по обе стороны от главных сцен центральной росписи, находятся изображения пяти пророков (Исаии и Даниила справа от алтаря, Иоиля, Иезекииля и Иеремии - слева) и пяти сивилл. Они расположены в порядке, подтверждающем совпадение пророческих предсказаний с евангельскими событиями. В обоих рядах фигуры пророков и сивилл чередуются, при этом напротив каждого пророка изображена сивилла. Оригинальность замысла Микеланджело станет нам понятнее, когда мы сравним его пророков с произведениями предшественников. У Слютера пророки держат в руках свитки и книги, и каждой фигуре, согласно традиции, соответствует надпись с текстом пророчества, которую зритель может прочитать. У Донателло свитки не играют существенной композиционной и смысловой роли. Микеланджело не отказывается от мотива свитка или книги, напротив, он делает его ведущим и создает двенадцать вариаций на тему «человек и книга». Его персонажи не просто держат свитки и книги как опознавательные знаки своей принадлежности к сонму божьих избранников. Пророки и сивиллы общаются со своими письменами: листают тяжелые фолианты, развертывают свитки, читают, размышляют над уже написанными строками, и главное – чутко прислушиваются к себе, ожидая мига, когда на них снизойдет божественное озарение, и они найдут новые, еще никем и никогда не сказанные слова. Художник придал фигурам пророков и сивилл смысл неизмеримо более глубокий, чем тот, которого требовал заказ: это ренессансный гимн творчеству, учености, интеллекту, духовности. В пластике фигур отражаются малейшие оттенки состояний и чувств: рвение и сосредоточенность, страстность и спокойствие, порыв и самоуглубленность. Искусствоведы многократно проанализировали каждый поворот прекрасных сильных тел, написанных в немыслимо сложных ракурсах, описали величественные позы пророков и сивилл, их одухотворенные лица, выразительные складки одежд. Удивительно, что самый впечатляющий образ – пророк Иеремия – решен совсем просто. Монолитная, вписанная в овал фигура, лишена какой-либо внешней эффектности, и, в отличие от всех прочих, в ней полностью отсутствует момент движения. Усталый старик сидит, бессильно опустив одну руку, прикрывая лицо другой. Иеремию, как мы помним, по традиции изображали печальным, но Микеланджело сделал своего пророка воплощением скорби. Можно ничего не знать о том, что Иеремия оплакивает разрушенный Иерусалим или горюет о принятых Иисусом крестных страданиях. Но нельзя без сердечного трепета смотреть на этого окаменевшего в страдании старца. Микеланджело Буонарроти. Пророк Иеремия. Фрагмент росписи плафона Сикстинской капеллы. 1511 г. Кажется, что после микеланджеловского Иеремии уже невозможно по-другому представить себе библейского страдальца, но картина Рембрандта «Иеремия оплакивает гибель Иерусалима» (1630 г.) убеждает нас в обратном. Одинокий, охваченный горем старец сидит у подножья исполинских, окутанных дымом колонн Иерусалимского храма. Фигура пророка расположена по диагонали картины и как бы делит ее на две части, светлую и темную. Контраст света и тьмы – один из характерных приемов Рембрандта. Но здесь мы видим не то теплое рембрандтовское свечение, которое одухотворяет материю и вносит в картину ощущение свершающегося на наших глазах чуда. Это губительный, недобрый отблеск пожарища, еще более безнадежный, чем окутывающая нижнюю часть полотна тьма. Картина Рембрандта – одно из немногих живописных полотен, посвященных книжным пророкам. Исключение - история Даниила, обогатившая европейскую живопись несколькими сюжетами. Даниила, наряду с Исаией, Иеремией и Иезекиилем, в христианском мире причисляют к великим пророкам. Библейскому Даниилу присущи как черты сказочного героя, подобного Илии, так и пророка-писателя, повествующего о посланных ему свыше откровениях. Книгу Даниила легко разделить на две части. В первых главах описывается полная чудесных событий история Даниила - праведного иудея, который жил в Вавилоне в 6 в. до н.э., занимал важные посты при дворах нескольких языческих царей, но оставался верным единому Богу и обычаям своей родины. Благочестивому Даниилу открываются в видениях картины будущего его народа и всего человечества. Пророчества Даниила составляют вторую часть книги, которая более всех других ветхозаветных сочинений повлияла на первоначальное христианство. В ней не только предвосхищается приход мессии, но впервые говорится о воскресении мертвых, Страшном суде и посмертном воздаянии. Не удивительно, что пророчества Даниила привлекали особое внимание христианских богословов, а поучительные истории из его книги веками вдохновляли художников. Сам Даниил, как мы сейчас убедимся, далеко не всегда является главным героем (и вообще героем) этих историй, но все они, так или иначе, представляют его как мудреца, поборника справедливости и прозорливца. В сказании о трех еврейских отроках речь идет о товарищах Даниила, трех благородных иудейских юношах, которые, как и Даниил, служили при дворе Навуходоносора. Когда юноши отказались поклоняться золотому истукану, потому что вера в единого Бога запрещает идолопоклонство, царь приказал бросить их в огненную печь. Но отроки остались невредимыми, а изумленный царь увидел, что в печи среди жаркого пламени ходят уже не три, а четыре мужа, ибо с небес явился ангел, чтобы защитить верных детей Господа. Это сказание не раз становилось темой книжных миниатюр, народных лубочных картинок и назидательных религиозных спектаклей - мираклей. Замечательна икона новгородской школы, очень тщательно иллюстрирующая сказание: мы видим царя в короне, придворных, павших ниц при виде великого чуда, обнаженного истукана, которому велено было поклоняться, печь с языками пламени и, наконец, троих юношей и ангела, взявшихся за руки. Икона «Три отрока в печи огненной». Конец 15 в. Похожая история случилась и с самим Даниилом. За преданность своей вере пророк был брошен в ров со львами, но хищники его не тронули. «Бог мой послал ангела своего и заградил пасть львам», - возвестил Даниил из рва, и вавилонский царь Дарий еще более, чем раньше, возвысил неуязвимого иудея. Этот мотив – праведника бросают на растерзание хищникам, но он остается невредимым – многократно встречается в житиях святых. Чудесное спасение Даниила в львином рву уже в раннехристианскую эпоху символизировало воскресение мертвых, а в Средние века стало символом воскресения Христа. Изображения Даниила среди львов встречаются в скульптурном убранстве европейских соборов, и выглядит эта сказочная сцена поистине умилительно. Так на рельефе собора в Вормсе (кон. 12 в.) Даниил блаженно улыбается, а львы старательно лижут его ноги и руки. На картине Рубенса молящегося праведника окружает целая стая симпатичных миролюбивых львов. Надо отдать должное мастерству художника: его царственно-ленивые львы, с характерными движениями и позами, просто великолепны. Питер Пауэл Рубенс. Даниил в львином рву. 1615 г. Следующая история, связанная с именем Даниила, обогатила литературу и изобразительное искусство захватывающим сюжетом, а европейские языки – известным выражением «валтасаров пир» (празднество накануне гибели). Последний вавилонский царь Валтасар устроил пиршество, на котором угощенье подавали в драгоценных чашах, захваченных в Иерусалимском храме. Вдруг в разгар веселья таинственная рука начертала на стене непонятные слова. Их смог истолковать только Даниил, который предрек скорую гибель вавилонского царства. Весь драматизм той минуты, когда на стене появляется надпись, мастерски передал Рембрандт в картине «Валтасаров пир» (1635 г.). Картина наполнена беспокойным движением, пронизана ощущением близящейся катастрофы. Накренились драгоценные сосуды из поруганного храма; словно защищаясь, беспомощно выставил вперед руку роскошно одетый, но уже бессильный и жалкий Валтасар. Взгляд зрителя невольно следует по кругу, вслед за движениями рук всех персонажей, включая Божественного вестника. Этот круговорот рук – словно гибельная воронка, которая затягивает стоящего в центре Валтасара. Рембрандт. Пир Валтасара. 1635 г. От начертанной на древнееврейском языке светящейся надписи исходит неведомая угроза, и гости в ужасе отшатываются от нее. Интересно, что знаменитые слова на иврите «мене, мене, текел, упарсин» написаны не горизонтальными строками справа налево, а пятью столбцами (на последнее слово приходится два столбца). По поводу этой надписи Рембрандт советовался с еврейским ученым Самуилом бен Исраэлем. Ученый предполагал, что если бы слова были написаны обычным образом, вавилонским мудрецам не стоило бы труда их прочитать. Но надпись была зашифрована, и тайну шифра Бог открыл одному лишь пророку Даниилу. Художнику, как мы видим, эта теория показалась убедительной. В четвертом знаменитом сказании из книги Даниила – истории о Сусанне и старцах, в отличие от трех предыдущих, не происходит ничего чудесного. Защищает невиновных и карает неправедных не сам Бог, а его посланец пророк Даниил. Двое старцев подкараулили во время купания красавицу Сусанну, благочестивую жену вавилонского вельможи, и начали домогаться ее любви, а когда Сусанна отвергла их, старцы обвинили ее в прелюбодеянии. Суд поверил им и вынес женщине смертный приговор. Мудрый Даниил спас Сусанну, доказав ее невиновность. Он начал допрашивать старцев каждого по отдельности, и вскоре стало очевидно, что их показания не совпадают. Лживых обвинителей приговорили к побиванию камнями, а Сусанну оправдали. Якопо Тинторетто. Купание Сусанны. 1560-62 гг. В 16-17 столетиях трогательная история Сусанны была очень популярна в европейской живописи. Чувственностью веет от полотен мастеров итальянского Возрождения, венецианцев Веронезе и Тинторетто. Сусанна Тинторетто – предшественница бесчисленных прелестных «купальщиц» последующих столетий. Библейская история стала для художника лишь поводом для того, чтобы запечатлеть наготу цветущей золотоволосой красавицы. У художников эпохи барокко, Рубенса и ван Дейка, на первый план выступает мотив противостояния женщины и ее преследователей. Сусанна Рембрандта – почти девочка, угловатая и вовсе не блистающая красотой, испуганная, растерянная. Старец с искаженным низменной страстью лицом протягивает к ней руку, срывает покрывало, но Сусанна, против ожидания, смотрит не на него, а на зрителя. Этот прямой взыскующий взгляд превращает каждого, кто смотрит на картину, в очевидца происходящего. Смысл библейского сказания Рембрандт передает не с помощью прямого назидания, а более глубоко и тонко. Глаза юной женщины словно говорят: «Не проходи мимо несправедливости, защити слабого, не допусти поругания чистоты». Это те самые слова, с которыми обращались к людям библейские пророки и которые остаются для человечества важными во все века. Список основных произведений: Пророк Даниил. Ок.1225 г. Скульптура северного портала собора в Шартре. Даниил в львином рву. Кон. 12 в. Рельеф собора в Вормсе. Фигуры пророков. 1230-35 гг. Кафедральный собор, Бамберг. Фигуры пророков. Ок.1300 гг. Кафедральный собор, Страсбург. Джотто ди Бондоне. Иона во чреве кита. 1304-06 гг. Фреска в капелле Скровеньи, Падуя. Дуччио. Пророк Иеремия. 1308-11 гг. Музей собора, Сиена. Дуччио. Пророк Исаия. 1308-11 гг. Национальная галерея, Вашингтон. Симоне Мартини. Пророки Даниил и Иезекииль. 1319 г. Полиптих Св. Катерины. Национальный музей Сан Маттео, Пиза. Клаас Слютер. Колодец Моисея. 1395-1406 гг. Монастырь Шанмоль, Дижон. Донателло. Статуи пророков Иеремии и Аввакума. 1423-26 гг. Музей дель Опера дель Дуомо, Флоренция. Братья Ван Эйк. Пророк Захария. Пророк Михей. 1432 г. Алтарь собора Св. Бавона, Гент. Паоло Учелло. Часы с головами пророков. 1443 г. Фреска в кафедральном соборе Санта-Мария дель Фьоре, Флоренция Фра Беато Анджелико. Пророки. 1447 г. Фреска в кафедральном соборе, Орвьетто. Фра Беато Анджелико. Видение Иезекииля «Мистическое колесо с фигурами пророков». 1450 г. Музей Сан-Марко, Ф лоренция. Жан Шанже. Три пророка. 1490 г. Лувр, Париж Икона «Три отрока в печи огненной». Конец 15 в. Историко-архитектурный музей, Новгород. Пьетро Перуджино. Могущество пророков и сивилл. 1500 г. Фреска в коллегии дель Камбио, Перуджа. Микеланджело Буонарроти. Фигуры пророков и сивилл. Ок.1511 г. Фрески Сикстинской капеллы, Ватикан. Рафаэль Санти. Пророк Исаия. 1511-12 гг. Фреска в церкви Сан Аугустино, Рим. Рафаэль Санти. Видение Иезекииля. 1518 г. Галерея Питти, Флоренция. Лоренцетто. Иона. 1519-20 гг. Статуя в церкви Санта Мария дель Пополо, Рим. Питер Пауэл Рубенс. Даниил в львином рву. 1615 г. Национальная галерея искусств, Вашингтон. Рембрандт. Пророк Иеремия оплакивает разрушение Иерусалима. 1630 г. Рийксмузей, Амстердам Рембрандт. Пир Валтасара. 1635 г. Национальная галерея, Лондон. Ф.Кольянтес. Видение Иезекииля. 1640-е гг. Прадо, Мадрид. Виллем Дрост. Видение Даниила. 1650 г. Государственные музеи, Берлин. Жан Лоренцо Бернини. Даниил и лев. 1650 г. Статуя в церкви Санта-Мария дель Пополо, Рим. Жан Лоренцо Бернини. Даниил и лев. 1655 г. Музео Сакро, Ватикан. Джованни Баттиста Тьеполо. Пророк Исаия.1726-29 гг. Фреска в Папском дворце, Удине. Пинтуриккио. Сусанна и старцы. 1493-95 гг. Фреска в апартаментах Борджио, Ватикан. Альбрехт Альтдорфер. Сусанна у бассейна и поругание старцев. 1526 г. Старая пинакотека, Мюнхен. Якопо Тинторетто. Купание Сусанны. 1560-62 гг. Художественно-исторический музей, Вена. Паоло Веронезе. Купание Сусанны. Втор. пол.16 в. Лувр, Париж. Питер Пауэл Рубенс. Сусанна и старцы. 1607-08 гг. Галерея Боргезе, Рим. Артемисия Джентилески. Сусанна и старцы. 1610 г. Лувр, Париж; Дворец Визенштайн, Поммерсфельден. Гверчино. Сусанна и старцы. 1617 г. Прадо, Мадрид Антонис ван Дейк. Сусанна и старцы. 1621-22 гг. Старая пинакотека, Мюнхен. Рембрандт. Сусанна и старцы. 1647 г. Государственные музеи, Берлин. Жан Батист Сантьер. Купание Сусанны. 1704 г. Лувр, Париж Марина Аграновская Источник: www.maranat.de Список основных произведений: Икона «Пророк Илия с житием». 13 в. Третьяковская галерея, Москва. Икона «Пророк Илия». Кон. 14 -нач. 15 вв. Третьяковская галерея, Москва. Вознесение пророка Илии. 16 в. Государственный исторический музей, Москва. Гурий Никитин, Сила Савин. Фрески в церкви Илии Пророка. 1680-81 гг. Ярославль. Джотто. Илия в огненной колеснице. 1304-06 гг. Фреска в капелле Скровеньи, Падуя. Дирк Баутс. Явление ангела пророку Илии. 1464-67 гг. Церковь Св. Петра. Лёвен, Бельгия. Джованни Ланфранко. Сарептская вдова. Сер. 17 в. Эрмитаж, Санкт-Петербург. Хуан Антонио Эскаланте. Ангел будит пророка Илию. 1667 г. Государственные музеи, Берлин. Фердинанд Оливер. Илия в пустыне. 1831 г. Новая пинакотека, Мюнхен. Питер Пауэл Рубенс. Пророк Илия получает от ангела хлеб и воду. 1625-28 гг. Музей Боне, Бэйон, Франция. Бернардо Строцци. Пророк Илия и сарептская вдова. 1630-е гг. Художественно-исторический музей, Вена. Икона из пророческого ряда неизвестного иконостаса «Пророки Даниил, Давид и Соломон». Посл. четв. 15 в. Третьяковская галерея, Москва. Икона «Царь Соломон и пророк Иезекииль». Нач.16 в. Эрмитаж, Санкт- Петербург.